Беженцы в германии последние новости

Канцлеру ФРГ Ангеле Меркель стоит подать в отставку. Такого мнения, по данным опроса компании YouGov, придерживается почти половина жителей Германии — 43%.

Опрос был приурочен к неформальной встрече членов ЕС, которая пройдёт 24 июня в преддверии большого саммита. На ней планируется обсудить возможные пути общеевропейского решения проблемы миграции и предоставления убежища.

Миграционный вопрос — один из самых болезненных для действующего канцлера. Из-за либеральных взглядов на проблему беженцев она окончательно рассорилась с главой Христианско-социального союза (ХСС) Хорстом Зеехофером. Меркель считает, что ФРГ должна принимать всех беженцев, в том числе уже получивших регистрацию в других странах ЕС. Лидер ХСС же уверен в необходимости ужесточить меры контроля на границах.

Предстоящий саммит покажет, кого из двух политиков поддерживает Европа, считает немецкий политолог Александр Рар.

«Всё решится в ближайшие дни на саммите в Брюсселе и будет зависеть о того, сойдутся ли другие европейские страны с Германией во мнении по поводу того, что делать с миграционным кризисом. Если он, как и сейчас, продолжит раскалывать членов Европейского союза, то Германия может лишиться своего лидерства в ЕС, а Меркель это будет стоить поста — потому что сейчас внутри правительства ФРГ и так идут ожесточённые прения, каких уже давно не было», — пояснил он в беседе с RT.


Как полагает эксперт, отсутствие единого общеевропейского мнения вполне может подкосить позиции немецкого правительства.

«Если не будет выработано какое-то единое общеевропейское мнение о том, как сообща бороться с этим кризисом, то, думаю, немецкому правительству придётся либо уходить в отставку, а Меркель — идти на перевыборы, либо она будет пытаться сменить христианских демократов и баварцев на Партию зелёных. Но в любом случае этот политический кризис будет больно бить по Германии», — добавил Рар.

Опора на прошлое или новые установки

Политолог отметил, что противостояние Меркель и Зеехофера — ключевой эпизод этой политической драмы.

«Зеехофер стоит на тех правилах, которые были придуманы ещё в 1990-е годы, когда также ожидались подобные потоки беженцев из Восточной Европы и Азии. Тогда было чётко определено, что беженцы должны регистрироваться в той стране, куда изначально попадают. На этом основании Зеерхофер имеет полное право говорить о своём нежелании пускать в страну тех, кто уже зарегистрировался, скажем, в Италии или Греции», — рассказал Александр Рар.

Меркель же придерживается новых взглядов. «В её видении в Германии действует открытое общество, свободное от расизма и неприятия иностранцев», — добавил эксперт.

Пессимистические ожидания


Рар также отметил, что, несмотря на политический кризис, у Ангелы Меркель в стране всё ещё достаточно сторонников. Однако даже они ставят под сомнение её способность урегулировать вопрос о беженцах.

Так, согласно данным опроса, проведённого институтом исследования общественного мнения Civey, более 70% немцев считают, что канцлер не сможет найти приемлемое для ХСС общеевропейское решение, тем более за тот срок, который союз ей дал, — две недели. При этом 35,1% респондентов отметили, что Меркель это не удастся «ни при каких обстоятельствах», а 39,6% выбрали ответ «скорее нет». В благоприятное разрешение кризиса верят лишь 18,1% опрошенных.

«Судьба Меркель, конечно, зависит от решения миграционного кризиса. Но дело в том, что она просто психологически не может признать, что была не права, когда провозгласила границы Германии открытыми для всех беженцев. Поэтому она сейчас пытается выправить положение. И конечно, то, что предлагает Хорст Зеехофер, она внутренне одобряет. Но тут уже вступает в действие её союзник по большой правительственной коалиции: социал-демократы настаивают на том, чтобы принципы открытости границ для всех страждущих на земном шаре сохранялись», — пояснил в беседе с RT доктор политических наук Игорь Максимычев, главный научный сотрудник Института Европы РАН.


Он также отметил, что замять разногласия между Зеехофером и Меркель по вопросам миграции не удастся. «Немцы уже убедились, что наплыв мигрантов представляет собой угрозу для их сложившегося веками образа жизни, поскольку эти самые мигранты вовсе не желают вливаться в их общество. Наоборот, у мигрантов такое мнение, что немецкое общество  должно под них подстраиваться. Вся эта ситуация очень взрывоопасная. Посмотрите на результаты опроса общественного мнения. Голоса за ХДС, за социал-демократов продолжают падать. И продолжают расти голоса в пользу «Альтернативы для Германии», — сказал политолог.

В этом контексте, по мнению экспертов, глава ХСС, он же министр внутренних дел, вполне может осуществить свою угрозу — закрыть границы Германии для беженцев в одностороннем порядке.

russian.rt.com

В 2017 году число совершенных в Германии преступлений снизилось до самого низкого уровня за последние 25 лет. И хотя субъективные ощущения у жителей страны совсем другие, криминальная статистика Федерального ведомства по уголовным делам (BKA) говорит сама за себя.
uot;Число совершенных в Германии преступлений — 5 миллионов 762 тысячи — самое низкое с 1992 года", — заявил министр внутренних дел Германии Хорст Зеехофер (Horst Seehofer), представляя в начале мая в Берлине последние данные. А насколько верны распространившиеся сейчас слухи, активно тиражируемые в интернете, что под видом беженцев в Германию хлынул поток грабителей и насильников, которые и "портят" здесь криминальную статистику? И это оказалось не так. Хорст Зеехофер, который всегда критиковал чрезмерно либеральную, с его точки зрения, миграционную политику канцлера ФРГ, сообщил, что снижение уровня преступности стало следствием общего сокращения числа преступлений, совершаемых как немцами, так и мигрантами, в том числе, беженцами. Как объяснить это расхождение в восприятии криминогенной ситуации обществом и СМИ — и реальными цифрами? Некоторые ответы дает представленная в январе 2018 года статистика по Нижней Саксонии. Это — среднестатистическая федеральная земля, и криминогенную ситуацию в ней вполне допустимо экстраполировать на всю Германию. Статистика охватывает более длительный период с 2014 по 2016 годы, на который пришлось и обострение нынешнего миграционного кризиса в Европе (2015-2016 годы). Как говорится в докладе нижнесаксонских криминалистов, подготовленном по заказу федерального министерства по делам семьи и молодежи, число зарегистрированных полицией насильственных преступлений увеличилось в Нижней Саксонии на 10,4 процента.
подавляющем большинстве случаев (92,1 процента) такой прирост вызван беженцами. Однако, не все так просто. После известных событий в новогоднюю ночь в Кёльне два года назад немецкие СМИ перестали деликатничать с беженцами, совершающими в Германии преступления. Пишут о таких случаях подробно, с деталями, с указанием национальной принадлежности и страны исхода. Глупо из стыдливой политкорректности умалчивать очевидное: мигранты в немецкой криминальной статистике представлены непропорциональное широко. Это подтверждают и данные нижнесаксонских экспертов: почти каждое восьмое насильственное преступление в этой федеральной земле совершают беженцы, что значительно больше, чем их доля в населении Нижней Саксонии. Тем не менее и вывод о том, что все беженцы обладают более высокой, чем у немцев, криминальной энергией, авторы доклада называют неверным. Криминалисты объясняют это тем фактом, что в разгар миграционного кризиса в Германию прибыло непропорционально много юношей, а также молодых и одиноких мужчин. А преступников, хулиганов и насильников в возрастной категории юношей и мужчин от 14 до 30 лет — вне зависимости от их национальности — больше, чем в любой другой группе населения. Кроме того, в криминальную хронику беженцы попадают чаще и потому, что потерпевшие охотнее пишут заявления в полицию на представителя другой национальности, чем на своего соплеменника. То есть, если, например, серб избил немца или иранец — хорвата.
данным нижнесаксонских исследователей, треть всех потерпевших от кулаков мигрантов — это либо немцы, либо представитель какой-либо другой, чем у преступника, национальности. Немец же пишет заявление на немца только в 13 процентах случаев, а, допустим, афганец на афганца или сириец на сирийца и того реже — только в одном из десяти. 58 процентов женщин, изнасилованных беженцами, правда, немки, но, считают авторы исследования, такая высокая доля объясняется в первую очередь тем, что беженки, подвергшиеся изнасилованию в самих общежитиях для мигрантов, крайне редко обращаются с жалобами к властям. Впрочем, как раз сирийцы, афганцы, а также иракцы значительно реже становятся "героями" криминальной хроники, чем беженцы, например, из Марокко, Алжира или Туниса. В 2016 году доля выходцев из этих трех североафриканских стран составляла всего 0,9 процента всех мигрантов, зарегистрированных в Нижней Саксонии в качестве соискателей убежища, и 17,1 процента — среди подозреваемых в совершении преступлений. Одно из объяснений авторы исследования видят в том, что шансы североафриканцев на убежище в Германии — а половина из них это как раз мужчины в возрасте от 14 до 30 лет — практически равны нулю, то есть, не имея перспектив в Германии, им нечего терять. Руководитель авторской группы Кристиан Пфайфер (Christian Pfeiffer) в интервью второму каналу телевидения ФРГ (ZDF) привел такие, в частности, цифры. Из всех беженцев, подозреваемых в совершении грабежей, 16 процентов — это выходцы из стран, охваченных гражданскими войнами, то есть, из Сирии, Ирака и Афганистана.
доля в общей массе беженцев — 54 процента. В то же время 31 процент подозреваемых в совершении таких преступлений — североафриканцы, которых среди беженцев менее одного процента. "Североафриканцам с самого начала дают понять, что шансов остаться в Германии у них нет, — пояснил Пфайфер. — Беженцам же от войн обещают убежище, а потому они и стараются вести себя прилично". Пфайфер не призывает предоставлять убежище в Германии всем желающим, чтобы снизить уровень преступности среди мигрантов. Его рецепт — выделение крупных сумм на программы репатриации, массированная финансовая помощь североафриканским странам с тем, чтобы вообще лишить их жителей стимула искать лучшей доли в странах ЕС, а также — укрепление контроля на внешних границах Евросоюза. Молодые беженцы-мужчины, несомненно, омрачают немецкую криминальную статистику, что в очередной раз подтвердили эксперты из Нижней Саксонии. Вместе с тем нередко звучащие утверждения о том, что Германия вообще переживает разгул преступности, что по вечерам тут стало опасно выходить на улицу, не соответствуют действительности. Молодежная преступность в Германии сокращается, и тюрьмы, специально построенные для молодых правонарушителей, редеют. В Гамбурге в такой тюрьме половина камер пустуют, опечатаны несколько тюремных трактов в Вуппертале, в Эссене тюрьма для несовершеннолетних и молодых мужчин вообще закрыта за ненадобностью.
последние 20 лет число грабежей, совершенных в Германии малолетними преступниками, сократилось на 55,7 процента, количество убийств — на 36,5, опасных и тяжких телесных повреждений — на 15,5 процента. Немецкие эксперты объясняют такую позитивную тенденцию целым рядом причин, в том числе, например, заметным снижением уровня применения насилия в семьях. В 1998 году 57 процентов школьников в Германии признавались в том, что родители их порой поколачивают. В 2015 году таковых было уже только 39 процентов. Считается, что это и следствие измененного в 2000 году немецкого закона, запретившего родителям рукоприкладство в воспитании детей. Ученые же — не только в Германии, но и некоторых других странах — уже давно заметили, что склонных к насилию преступников (вне зависимости от их национальной и религиозной принадлежности, социального статуса, уровня образования и экономического благополучия) объединяют в первую очередь побои, перенесенные в детстве. Еще одна причина — наличие или отсутствие жизненных перспектив. Молодые люди, такие перспективы имеющие, менее склонны к агрессивному поведению. Примечательный факт: уровень молодежной преступности сократился в Германии с 2004 до 2016 года в два раза. И почти также уменьшился и уровень безработицы среди молодежи — с 15,3 до 6,8 процента. #репортаж

ok.ru


Каждый мигрант, приехавший в Германию, имеет свою историю. Некоторые из них делятся пережитым, чтобы получить статус беженца, а некоторые – чтобы просто облегчить душу.

Сафиулла Хусайни надеется получить право на проживание в Германии

«На каждом углу стояли люди с автоматами», — говорит 25-летняя девушка. Боясь за свою жизнь, три года назад жительница Афганистана решила бежать в Германию. Домой ее возвращали несколько раз, но Сафиулла не сдавалась. Путь в неизвестную жизнь стоил девушке €4 тыс.

В настоящее время у Сафиуллы Хусайни нет ничего. Она работает в мюнхенском филиале Deutsche Post. На вопрос журналистов о том, нравиться ли ей ее работа, девушка лишь улыбается: «Я всего лишь перекладываю картонные коробки». Беженка хочет стать механиком, как ее отец. «Мне нравится Мюнхен. Я бы хотела здесь остаться. Возвращение на родину – это самоубийство».

Мохаммад С. не может найти работу без документов

Личные проблемы привели Мохаммада С. в Мюнхен в 2014 году. 21-летний парень прибыл в Германию в то время, когда границы еще не контролировались. С собой у нигерийца тогда были лишь предметы первой необходимости. Он не знал, что отсутствие документов может стать проблемой. «В Африке никому не нужны документы. Их никто не спрашивает», — говорит Мохаммад. Теперь парень понимает, что в Германии совершенно другие законы. Поэтому сейчас он посещает языковые курсы и надеется в будущем найти работу.


Мохаммад уже пытался устроиться на работу. Его даже несколько раз приглашали на собеседование, но получить желаемую должность всегда мешало отсутствие документов.

Санья Христова преподает «Немецкий для беженцев»

29-летняя Санья Христова преподает немецкий язык три раза в неделю в Eine-Welt-Haus, что на Швантхалерштрассе в Мюнхене. Ее ученики – это люди со всего мира. «Они очень терпеливы, ведь понимают, что немецкий язык – это их единственный билет в нормальную жизнь», — говорит Санья.

Женщина уже несколько лет пытается помочь мигрантам найти свой путь и закрепиться в чужой стране. Она по собственному опыту знает, как это сделать. Санья родом из Македонии. Пять лет назад она приехала в Мюнхен, чтобы учиться.

«Я не только передаю свои знания, я делюсь своим опытом». Христова получает за один урок всего лишь €15, но это для нее неважно. Единственное, что не устраивает женщину – это слишком большое количество человек в одной группе. «Если бы учеников было меньше, мы достигали бы своей цели намного быстрее», — говорит Санья.

germania.one

Треть всех беженцев, стремящихся в Европу, непременно хотят осесть в Германии. Об этом свидетельствуют данные статистического ведомства Eurostat. И, тем не менее, волна мигрантов уже потихоньку отхлынула, уверяют социологи. Количество заявок на предоставление убежища за 2017 год наглядно иллюстрирует эту тенденцию.

В течение последних 12 месяцев немецкие миграционные службы зафиксировали заявления от 198 255 человек, желающих получить статус беженца – около 35 % от всего объема заявок, поступивших в ЕС. А это, на секундочку, 556145 штук на территории 28 стран. Для сравнения: в 2016 году ходатайства о предоставлении убежища подали 1 206 000 человек. Из них около 60% приходились на Германию.

Засилье мигрантов в немецком обществе — тема сложная и противоречивая. На эту тему спорят и политики, и журналисты, и простые граждане. Поэтому такой спад интереса со стороны беженцев местные могли бы назвать победой. Вспомним 2016 год, когда страну постиг прямо-таки переселенческий аншлаг. Дискомфорт был нешуточный: вновь прибывших стало негде размещать. Не говоря уже о миллионных затратах на интеграцию. Дошло до того, что федеральное МВД запустило программу, мотивирующую мигрантов возвращаться на родину. Мотивировать собирались масштабно: больше тысячи евро на брата. Правда, такая сладкая жизнь ждала лишь тех, кто быстро откажется от своего решения сразу после подачи первичной заявки. Если бы раздумывали и дотянули до депортации, никаких денег, конечно не получили бы.

Местные тоже не ждут: города-отказники

Сложно сказать, в деньгах ли оказалось дело, только вновь ехать в Германию сейчас хочет гораздо меньше народа. Кроме того, власти уже трёх городов Германии попытались поставить в миграционном вопросе жирную точку: мол, больше принимать не будем. Решающую роль сыграла опять же нехватка мест для детей в школах и садиках (как раз там размещали беженцев). К тому же никто не отменял элементарную безопасность. Например, в Котбусе (Cottbus) катализатором отказа от приёма беженцев стали именно участившиеся случаи хулиганства. Затем тренд распространился и на некоторые другие населённые пункты. Чем всё это закончится – покажет время.

Foto: shutterstock.com

aussiedlerbote.de

Несмотря на старания канцлера ФРГ, экстренная встреча Евросоюза по проблеме беженцев закончилась провалом, а под самой Ангелой Меркель закачалось кресло. Ее миграционная политика теперь отвергается не только ЕС, но и немецким обществом, которое сменило лозунг «Добро пожаловать!» на «Убирайтесь вон!». Но что заставило немцев передумать и разочароваться в своем канцлере?

В 2015 году Германия переживала пик гостеприимства в отношении нелегальных иммигрантов с Ближнего Востока и из Северной Африки, валом валивших на немецкую землю. Их политкорректно называли беженцами вне зависимости от того, имеют ли они этот статус официально или нет. По всей стране проходили демонстрации в поддержку тех, кто искал спасения от войн и нищеты путем обретения новой родины.

Кто-то снабжал беженцев деньгами, кто-то вещами, были и те, кто селил чужестранцев в своих домах и квартирах. Население Германии являло собой эталон человеколюбия и терпимости – многочисленные соцопросы, проводимые по заказам неправительственных организаций и СМИ, показывали, что всего 7% жителей тевтонского государства выступают за то, чтобы чужаков принудительно высылали туда, откуда они приехали.

Три года совместного сосуществования с гостями, многие из которых изначально не желали адаптироваться к условиям жизни на новой родине и уважать (по крайней мере нейтрально воспринимать) ее традиции и культурный уклад, произвели в головах немцев настоящую революцию. Данные последнего соцопроса, проведенного французским Институтом прикладных наук INSA по заказу Bild, свидетельствуют: теперь уже 86% населения страны согласны с тем, что «понаехавших» необходимо депортировать, а 65% считают, что границы государства нужно вообще закрыть – не «железным занавесом», конечно, но возродив пограничный контроль с досмотром транспортных средств и проверкой документов. В 2015 году таких респондентов было всего 16%.

Такая мера фактически поставит крест на Шенгенских соглашениях о свободном передвижении по Европе. Но решение проблемы беженцев представляется немцам настолько важным, что трудности с проездом во Францию, Австрию, Польшу или Швейцарию они готовы потерпеть.

Настрой общества передался и многим СМИ. В октябре 2015 года немецкие газеты захлебывались от восторга, рассказывая о решении некоей Лауры (указать ее фамилию на всякий случай забывали) разместить у себя в доме сирийского беженца Халила Сехью. Рядом с этой новостью обычно публиковали сообщения об организации бесплатных курсов языка Гете и Шиллера для мигрантов или о проведении волонтерами благотворительной продажи пирожных, доходы от которой направляются уже адаптировавшимся афганцам, иракцам, ливийцам, дабы те переслали эти средства своим семьям, все еще находившимся «в мире ужаса и нищеты». Конечной целью всего этого было воссоединение ячеек арабского, эфиопского, эритрейского и других обществ на немецкой земле.

«Это вопрос человечности, и я могу подать таким образом пример проявления солидарности своим детям. Могу показать, что в наших силах сделать что-то для улучшения этого мира», – говорили волонтеры в телекамеры.

Все шло, казалось бы, хорошо, пока не наступило «Рождество по-кёльнски». В первых числах января 2016 года в СМИ просочилась информация о том, что горожанки Кёльна подвергаются домогательствам со стороны мигрантов. Поначалу предлагалось примерно такое описание ситуации, содержащее в себе решение проблемы: «Не надо ходить в мини-юбках и провоцировать арабских мужчин, у которых много месяцев не было секса». Но потом пришло понимание, что проблема чересчур масштабна: как ни старались правоохранительные органы замалчивать статистику, дабы не бросать тень на миграционную политику правительства, прессе удалось насчитать не менее тысячи случаев сексуальных домогательств, нападений и изнасилований женщин Кёльна за одни новогодние каникулы.

Справедливости ради заметим, что полицейским довольно трудно было ловить преступников за руку в момент совершения ими преступления. Иммигранты работали стаями: два-три десятка нелегалов окружали одиночную жертву плотным кольцом, несколько из них начинали «развлекаться», а разглядеть что-либо снаружи через плотную стену человеческих фигур довольно проблематично.

Так начал подходить к концу период, когда добросовестное неведение и недобросовестное незамечание происходящего позволяли иностранным гостям избегать последствий. А потом случилось страшное: 20 декабря того же года пакистанский беженец Анис Амри протаранил грузовиком один из рождественских рынков Берлина, задавив насмерть 12 человек и причинив увечья еще 50. Как выяснилось впоследствии, Амри планировал таким же образом «прокатиться» по Александерплац и парку Люстгартен – достопримечательностям немецкой столицы, где всегда толпятся люди.

Этот теракт наконец-то заставил властей согласиться с тем, что среди полутора миллионов мигрантов, ожидающих своей «официализации» в Германии, «могут быть лица, проникшие на территорию страны с извращенными намерениями». Но многие и прежде знали, что огромное количество нелегалов въехали в страну вообще без каких-либо документов, так что установить их подлинные личности было затруднительно, в большинстве случаев – невозможно.

Вскоре после этого, как утверждает испанская газета ABC, Европол обнаружил в социальных сетях несколько сотен аккаунтов людей, оформлявших беженцам документы: паспорт германского гражданина можно было оформить у них за 500 евро. Причем речь шла не о поддельных документах, а о настоящих – кто-то зарабатывал на процедуре, за которую государство не взимало денег. Для организаторов подобного бизнеса лавина беженцев была манной небесной – и им, разумеется, хотелось «продолжения банкета». Даже несмотря на то, что, как засвидетельствовал анонимный источник, близкий к правоохранительным структурам, «поступавший материал был с большой долей гнильцы».

Полиция насчитала 554 случая «выдачи паспортов за незаконное вознаграждение» за весь 2016 год. Сколько на самом деле было подобных эпизодов, никто не знает. В таких случаях правоохранители обычно признают, что выявленные случаи – «только вершина айсберга».

Зато доподлинно известно, что в одном только бременском офисе по работе с иностранцами было одобрена выдача паспортов 1200 лицам, которые не соответствовали установленным требованиям, но чиновники закрыли на это глаза за дополнительное вознаграждение.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения немцев, стало «дело Сюзанны» – 14-летней девочки, которую изнасиловал и задушил беженец из Ирака, впоследствии сбежавший в свою страну вместе с родителями и пятью братьями и сестрами.

После этого слишком многие в немецком обществе поняли, как их развели, сыграв на благородном чувстве заботы об униженных и оскорбленных. В стране перестали смотреть на митинги и демонстрации против приема беженцев как на нежелательное явление. И даже власти вынуждены были признать: что-то пошло не так.

Глава МВД Хорст Зеехофер предъявил Ангеле Меркель ультиматум, дав 15 дней на пересмотр политики в отношении беженцев. В противном случае правящая коалиция грозила распасться, тогда как новые общенациональные выборы отнюдь не гарантируют Меркель сохранение поста канцлера. По крайней мере, ее отставки желает почти половина страны, а информационный фон для новых выборов трудно назвать подходящим.

В Канделе как раз закончился суд над афганским беженцем, которого немецкое общество приняло в несовершеннолетнем возрасте, поддержало государственным пособием, бесплатно обучило профессии, но так и не дождалось момента, когда он выйдет на работу. Афганец убил 15-летнюю девушку за отказ поддерживать с ним сентиментальные отношения. Но в отличие от известного дела 13-летней Лизы – дочери русских немцев, затянуть расследование не удалось – обстановка в Германии не та. Теперь в топе лозунг «Беженцы, убирайтесь вон!», а лозунг «Добро пожаловать!» признан ошибочным.

vz.ru

www.discred.ru

С таким заявлением Меркель выступила по окончании неформального саммита 16 стран Евросоюза в Брюсселе, передает ТАСС.

Ангела Меркель: «Нельзя оставлять в одиночестве те страны, в которые прибывают беженцы. Это бы означало, что они остаются один на один с проблемами. С другой стороны, контрабандисты и беженцы не должны сами выбирать, в какой из европейских стран будет обрабатываться их ходатайство. Какие у кого обязанности, должны определять мы».

По правилам, которые действовали до кризиса с беженцами в Европе, размещать у себя мигрантов должна была та страна, куда мигранты прибывали. Но Германия со временем перестала применять это правило к сирийцам, застрявшим в Венгрии, и позволила им пройти на свою территорию. Меркель называла этот шаг «гуманитарным императивом», так как страны, находящиеся на внешних границах ЕС, не справлялись с потоком мигрантов. В результате за последние годы в Германию прибыло более миллиона беженцев.

После саммита в Брюсселе Меркель выступила с заявлением, в котором подчеркнула, что высоко оценивает соглашение между ЕС и Турцией по мигрантам. В рамках этих договоренностей Европа должна выплатить Анкаре второй транш финансовой помощи для содержания беженцев.

Ангела Меркель: «Мы сегодня констатировали, что соглашение между ЕС и Турцией является образцовым и что мы теперь должны выплатить второй транш, чтобы Турция могла выполнять свои задачи по поддержке беженцев с помощью Европы».

Напомним, соглашение было заключено в 2015 году. Турция обязалась закрыть свои границы для мигрантов, направляющихся в ЕС. В обмен Евросоюз обещал не только финансовую поддержку в размере трех млрд евро, но и активизацию переговоров о безвизовом режиме и приеме Турции в ЕС. Впоследствии сумма помощи была удвоена, но переговоры по другим пунктам не продвинулись.

После сегодняшнего саммита в Брюсселе Меркель также сообщила, что обсуждался вопрос о поддержке Ливии, чтобы ее береговая охрана могла работать эффективнее.

www.ntv.ru


Categories: Германия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock
detector